29.01.2018
Приєднуйтесь до нас в соціальних мережах: telegram viber youtube

ЕСПЧ разрешил адвокатам критиковать участников процесса в пределах разумного

Должен ли адвокат подбирать выражения, выступая в суде? Соответственно, может ли свобода слова ограничиваться штрафами за неуважение к суду? В Страсбурге посчитали, что неоправданное наказание прямо повлияет на право на защиту.

Из-за красного словца

В 2004 году Петр Чеферин взялся защищать обвиняемого в трех убийствах. Суд назначил сразу три экспертизы: психиатрическую, психологическую и судебно-медицинскую. В частности, перед психологом и психиатром были поставлены вопросы о психическом состоянии обвиняемого и вероятности того, что именно он совершил эти преступления,

Адвокат настаивал на невиновности клиента и пытался доказать сомнительность квалификации экспертов. Также он потребовал результаты теста на детекторе лжи, но суд отклонил это ходатайство.

На заключительном слушании П.Чеферин попросил назначить другого эксперта-психиатра, а также психолога, специализирующегося на психодиагностике. В качестве аргумента, 66-летний адвокат, имеющий за плечами огромный стаж выступлений в суде, применил все свое ораторское искусство, чтобы убедить суд.

Среди прочего, он подверг сомнению квалификацию эксперта, подчеркнув, что психодинамический метод, используемый психологом, не является научным и не дает достоверных данных. «Мнения психиатра и психолога свидетельствуют о печальной истине, что в их профессиональной слабости оба эксперта прибегают к методам, которые не являются частью их профессиональной практики. Психиатр использовал психологические методы, которые он абсолютно не понимал и применял механически; психолог применил устаревшие психологические методы из каменного века и тем самым не получил каких-либо полезных результатов, прибегнув в последствие к области медицины», — отметил адвокат.

Использованные выражения Люблянский районный суд счел оскорбительными и оштрафовал П.Чеферина на 150 тыс. словенских толаров (около 625 евро). Высшие инстанции согласились с тем, что использование подобных выражений является неуважением к суду, отметив, что суд обязан защищать достоинство участников процесса.

Не помогла и конституционная жалоба. Конституционный суд отметил, что адвокат «не просто выражал резкую критику мнений экспертов, но его оскорбительные замечания повлекли за собой личное унижение свидетелей». По мнению КС Словении, такая критика не может быть оправдана в контексте права обвиняемого на защиту, как это определено в ст.29 конституции. Более того, «презрительная критика эксперта-свидетеля может даже угрожать справедливому судебному разбирательству в уголовном процессе».

В феврале 2005 года адвоката опять оштрафовали: теперь уже за выступления в апелляционной инстанции. Здесь П.Чеферин прошелся по всем трем экспертам. У психолога он констатировал «возможное проявление нарциссизма», у психиатра отметил «преднамеренное нарушение этической этики», поскольку он делал заявления «без какой-либо научно-обоснованной ценности», а также «сосредоточил всю энергию на защите своей непогрешимости», а судмедэксперта обвинил в халатности.

Досталось и прокурору, которому «разрешено скрывать важные доказательства, которые могут освободить подсудимого от ответственности», и самому суду, процесс в котором адвокат назвал «судебным фарсом, который, конечно, не закончился».

Соответственно, и наказание было серьезнее: 400тыс. словенских толаров (около 1670 евро).

Критикуют — а вы терпите!

Как отметил Европейский суд по правам человека в решении от 16.01.2018 по делу «Čeferin v. Slovenia», свобода выражения мнений защищает не только суть высказанных идей и информации, но и ту форму, в которой они передаются. И штрафы за неуважение к суду, являются вмешательством в реализацию права, гарантированного §1 ст.10 Конвенции о защите прав человека и основоположных свобод.

Поэтому единственный вопрос, который в данном случае поставил перед собой Суд, заключается в том, является ли такое вмешательство «необходимым в демократическом обществе». При этом, ЕСПЧ напомнил о принципах, применимых к этому предмету, которые были обобщены ранее при рассмотрении дел «Nikula v. Finland» (§§ 45—50), «Steur v. The Netherlands» (§36) и «Morice v. France» (§§128—137 и 139).

Как отметил Суд, КС Словении отклонил жалобу адвоката на том основании, что критика должна оставаться в пределах разумной аргументации, что авторитет сертифицированных экспертов должен быть защищен таким же образом, как и полномочия судебной власти. При этом констатировалось, что пренебрежительные замечания «вышли за рамки разумных аргументов, направленных на убеждение суда назначить новых экспертов».

Суд отмечает, что оспариваемые замечания были сделаны в ходе судебного разбирательства и должны рассматриваться в контексте жалобы на сокрытие результатов тестов на детекторе лжи и попыток назначения новых экспертов. А единственным способом добиться назначения других экспертов было подорвать доверие к существующим. Причем, эти замечания были сделаны в ходе дебатов, где права его клиента, естественно, должны были решительно защищаться. Более того, высказывания были ограничены залом суда, в отличие от критики судьи, озвученной, например, в средствах массовой информации.

Суд согласился с доводами правительства, что государственные служащие должны пользоваться доверием общественности. Тем не менее, он напомнил, что пределы приемлемой критики в некоторых случаях могут быть более широкими в отношении чиновников, осуществляющих свои полномочия, чем в отношении частных лиц. Тем более это касается прокурора, выступающего в качестве противника обвиняемого.

ЕСПЧ также высказал «серьезную озабоченность» тем, что суд посчитал, что профессиональная компетентность экспертов не может подвергаться сомнению, поскольку они «утверждены министерством юстиции». «Поскольку свидетели-эксперты действовали в своем официальном качестве и с учетом потенциального воздействия их мнений на судьбу подсудимого они должны терпеть критику исполнения своих обязанностей», — подчеркивается в решении.

Не все то оскорбление, что неприятно

Далее отмечено, что замечания адвоката, безусловно, имели отрицательную коннотацию и носили несколько враждебный характер, но они представляли собой оценочные суждения. Поэтому Суд посчитал, что оспариваемые выражения не могут быть истолкованы как личные нападки с единственным намерением оскорбить экспертов, прокурора или суд. Даже если они были сделаны в письменной форме и/или повторены неоднократно.

В этой связи вновь подчеркивается, что «свобода выражения мнения применима не только к «информации» или «идеям», которые выгодно воспринимаются или считаются безобидными, но также к тем, которые оскорбляют или шокируют». В то же время, использование «язвительного тона» в комментариях, адресованных судье, несовместимо с положениями ст.10 конвенции.

Если заявление представляет собой оценочное суждение, пропорциональность вмешательства в свободу слова может зависеть от того, существует ли достаточная фактическая основа для такого заявления (см. «Veraart v. Netherlands», §55). В этой связи важно, чтобы ответчику был предоставлен реальный шанс доказать, что для его утверждений была достаточная фактическая основа.

В настоящем деле национальные суды полагались исключительно на семантический смысл слов и фраз, но не рассматривалось отношение оспариваемых заявлений к фактам дела. Поскольку суды должны основывать свои решения на приемлемой оценке соответствующих фактов, ЕСПЧ ограничился констатацией, что заявления адвоката не могут априори считаться необоснованными. Вопрос, насколько эти факты можно считать достаточными для обоснования подобных суждений, должен был надлежащим образом рассматриваться самими судами.

Более того, судьи никак не отреагировали на его критику, например, прервав его речь и сделав ему замечание. Поразил Суд и тот факт, что адвокату не предоставили возможность объяснить или защитить себя до того, как на него были наложены штрафы. ЕСПЧ подчеркнул, что в обязанность председательствующего судьи входит направлять разбирательство таким образом, чтобы обеспечить надлежащее поведение сторон, а не рассматривать затем уместность высказываний в зале суда.

Исходя из этого, Суд пришел к выводу, что не был соблюден баланс между  необходимостью защиты авторитета судебной власти и репутации участников процесса и необходимость защиты свободы слова заявителя. Сам факт штрафа, каким бы ни был его размер, не может не создавать, по мнению ЕСПЧ, «риск пугающего воздействия на осуществление свободы выражения мнений, что является более неприемлемым в случае адвоката, который должен обеспечить эффективную защиту своего клиента».

Соответственно, имело место нарушение ст.10 конвенции. В качестве компенсации, адвокату должны выплатить 800 евро материального и 2400 евро нематериального ущерба, а также компенсировать 3000 евро судебных издержек. Правда, самого решения ЕСПЧ адвокату пришлось ждать более 12 лет…

Автор статьи: ВАСИЛИЙ КОЛИШНЫЙ

Источник: ЗиБ

10
Подобається
Оставьте Ваш комментарий:

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь для добавления комментария.


Популярні судові рішення
Назва події
Завантаження основного зображення
Вибрати зображення
Текст опис події: